Главная страница
Навигация по странице:

  • Часть 1. Эпоха Грибоедова и Пушкина. 1800-1835

  • Часть 2. Гоголевский период. 1836-1855

  • Часть 3. Шестидесятые годы

  • Часть 4. Историческая драма шестидесятых

  • Часть 5. Семидесятые и первая половина восьмидесятых годов

  • Часть 6. Драма конца XIX века

  • Аникст А. Теория драмы в России от Пушкина до Чехова. Теория драмы в россии от пушкина до чехова


    Скачать 3.42 Mb.
    НазваниеТеория драмы в россии от пушкина до чехова
    АнкорАникст А. Теория драмы в России от Пушкина до Чехова.doc
    Дата19.03.2017
    Размер3.42 Mb.
    Формат файлаdoc
    Имя файлаАникст А. Теория драмы в России от Пушкина до Чехова.doc
    ТипДокументы
    #3959
    КатегорияИскусство. Культура
    страница1 из 69
      1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   69

    А. АНИКСТ

    ТЕОРИЯ ДРАМЫ В РОССИИ

    ОТ ПУШКИНА ДО ЧЕХОВА

    Издательство «Наука», Москва 1972

    Сканирование:

    Кафедра русской классической литературы и теоретического литературоведения Елецкого государственного университета

    http://narrativ.boom.ru/library.htm

    (Библиотека «Narrativ»)

    narrativ@list.ru
    СОДЕРЖАНИЕ


    Предисловие

    5







    Часть 1. Эпоха Грибоедова и Пушкина. 1800-1835




    Драма первой трети XIX века

    10

    Теория и критика драматургии

    13

    А.С. Грибоедов о «Горе от ума»

    16

    «Горе от ума» в оценке критики 20-30-х годов

    22

    А.С. Пушкин и проблема драматургии в России начала XIX века

    35

    «Борис Годунов» в оценке современной критики

    59

    Н.А. Полевой и теория романтической драмы

    74

    Н.И. Надеждин

    82

    П.А. Вяземски

    87







    Часть 2. Гоголевский период. 1836-1855




    Драматургия

    100

    Критика 1830-1840-х годов

    104

    Н.В. Гоголь о драме

    106

    Современная критика о «Ревизоре»

    131

    В.Г. Белинский как теоретик драмы

    140

    А.И. Герцен о драме

    176

    Н.А. Некрасов как театральный критик

    181

    И.С. Тургенев и вопросы реализма в драме

    183

    М. Сухомлинов

    188







    Часть 3. Шестидесятые годы




    Реалистическая бытовая драма

    190

    Критика шестидесятых годов

    193

    Н.Г. Чернышевский и вопросы теории драмы

    194

    Н.А. Добролюбов об Островском

    209

    М.Е. Салтыков-Щедрин и проблемы драматургии

    224

    Эстетическая критика

    242

    Аполлон Григорьев

    251

    Д.И. Писарев об Островском

    270

    А.Н Островский о драме

    282

    «Горькая судьбина» А.Ф. Писемского и её оценка в критике

    299

    А.А. Потехин как представитель консервативной народнической драматургии

    318

    Первые отзывы о трилогии А.В. Сухово-Кобылина

    327







    Часть 4. Историческая драма шестидесятых




    Расцвет исторической драмы

    330

    Л.А. Мей

    331

    Современники об исторических пьесах А.Н. Островского

    337

    А.К. Толстой – комментатор своей исторической трилогии

    363

    Трилогия А.К. Толстого в оценке критики

    379







    Часть 5. Семидесятые и первая половина восьмидесятых годов




    Вступительные замечания

    398

    И.А. Гончаров о драме

    399

    Д.В. Аверкиев и его трактат «О драме»

    410

    А.Н. Островский в оценке критики 70-х годов

    429

    А.Н. Островский в критике 80-х годов

    461







    Часть 6. Драма конца XIX века




    Драматурги конца века

    480

    Критики и историки литературы о драме

    481

    Л.Н. Толстой о драме

    484

    Борьба идей вокруг «Власти тьмы» Л.Н. Толстого

    502

    Современники о «Плодах просвещения» и «Живом трупе»

    533

    А.П. Чехов о драме

    552

    Дореволюционная критика о драматургии Чехова

    568







    Избранная библиография

    631


    ПРЕДИСЛОВИЕ

    Эта книга является продолжением моей «Истории учений о драме», первая часть которой «Теория драмы от Аристотеля до Лессинга» вышла в 1967 году. Я имел в виду посвятить вторую часть обзору всей европейской теории драмы в XIX веке. Однако в процессе работы открылось нечто непредвиденное, и я изменил первоначальный план.

    Намечая план исследования, я исходил из того, что количество специальных теоретических сочинений о драме в России невелико. Поэтому казалось возможным объединить в одном томе рассмотрение русских и западных теорий драмы. Но чем больше я читал, тем очевиднее становилось, что хотя специальных трактатов действительно было мало, тем не менее русские писатели и критики высказали в несистематизированной форме чрезвычайно много важного об искусстве драмы. К тому же оказалось, что никто из исследователей истории русской литературы и драмы еще не собрал весь этот материал. А он так богат и интересен, что заслуживает быть представленным на всеобщее обозрение. Более того, этот материал показывает, что хотя Россия не имела ни одного теоретического трактата, равного «Поэтике» Аристотеля или «Гамбургской драматургии» Лессинга, суждения о драме, высказанные русскими писателями и критиками, имеют важнейшее принципиальное значение для всей драматургии нового времени. Глубочайший смысл теоретических суждений русских писателей и критиков определяется тем, что понимание драмы формировалось в теснейшей связи с развитием реализма XIX века.

    Теория драмы в России — это теория реалистической драмы нового времени. Правда, она не приобрела систематизированной формы, не получила окончательных формулировок, которым придавалось бы значение непререкаемых законов. Недостатком это может показаться только тем, кто привык к школярской дисциплине в вопросах искусства. Сама природа реализма XIX века такова, что исключила возможность превращения теории реализма в доктрину.
    5

    В наше время, когда реализм XIX века стал классикой, забылось, что он утверждался в борьбе с неизжитыми до конца традициями рационалистической поэтики классицизма XVII — XVIII веков и с поэтикой романтизма XIX века. Реалистическая теория драмы развивалась и в борьбе против метафизических эстетических концепций, имевших значительное влияние в XIX веке. Сторонники реализма отвергали строгую регламентацию, ограничения в выборе сюжетов, обязательность традиционных сценических эффектов, словом, все, что сковывало стремление к правде жизни. Еще более настойчиво, чем романтики, сторонились эстетического догматизма реалисты. Поэтому и оказалось возможным такое плодотворное развитие русской драмы, в котором сдвиги и перемены, обновлявшие драму, происходили необыкновенно часто.

    В середине 1820-х годов появляются «Горе от ума» и «Борис Годунов», в середине 1830-х годов — «Ревизор», во второй половине 1840-х годов — пьесы Тургенева и первые произведения Островского; во второй половине 1850-х годов — «Гроза» Островского, «Горькая судьбина» А. Писемского, «Смерть Пазухина» М. Е. Салтыкова-Щедрина; :в 1860-е годы — исторические драмы А. К. Толстого и Островского; в 1880-е годы Л. Н.Толстой создает «Власть тьмы», а Чехов вступает в драматургию водевилями и «Ивановым»; в 1890-е годы развитие драмы XIX века венчают «Чайка» и «Дядя Ваня».

    Естественно, что столь богатое развитие драматического искусства вызвало стремление осмыслить его природу. Надо отметить, что в отличие от классицизма и романтизма реализму XIX века не предшествовали манифесты. Хотя, конечно, стремление к реализму у драматургов было вполне осознанным, теория чаще всего возникала как осмысление уже достигнутого в художественной практике. «Горе от ума» и «Ревизор» послужили поводом для размышлений писателей и критиков о путях русской драмы, и вокруг этих шедевров кристаллизовалась теория реализма в драме. В середине века осмысление законов драматического искусства происходило в полемике вокруг творчества Островского.

    Теория драмы формировалась не безотносительно и не догматически со ссылками на образцы искусства и теории прошлых веков, а в процессе осмысления живого творческого процесса. Важнейшую роль в ней играла критика, быстро и непосредственно откликавшаяся на появление значительных пьес. Критика же, как известно, играла в XIX веке роль главного органа общественного мнения.

    Если литература была зеркалом русской жизни, выразителем общественных настроений, то критика осмысляла и формулировала главные вопросы жизни в свете широких философских и социально-политических концепций. Обсуждение значительных драматических произведений никогда не замыкалось в XIX веке
    6

    в сферу чисто художественную. Даже сторонники направления, отвергавшего служение литературы общественным задачам, социальных и политических вопросов не обходили.

    Воззрения русских писателей и критиков на драму невозможно оторвать от больших общественных проблем, рожденных противоречиями русской жизни. Драматургия отнюдь не была прикрытием, маскировкой для обсуждения вопросов, волновавших людей в стране, лишенной возможности свободного изъявления мыслей. Если литература в целом жила основными вопросами русской жизни, то драма по самой своей природе не могла не выявлять особенно острые конфликты российской действительности.

    Конечно, и драма испытывала на себе ограничения, накладываемые цензурным контролем самодержавно-помещичьего государства. Политические конфликты современности не могли получать в ней прямого отражения. Драматурги, правда, подчас переносили их в прошлое. Но они не оставляли и задачи создать живое драматическое- изображение современности. Их стремления увенчались успехом: даже в ограниченных рамках семейно-бытовой драмы русские писатели смогли отразить некоторые из противоречий, важных для жизни всего общества. Семейная и нравственная тематика обнаружила достаточную емкость, чтобы выразить идеи, затрагивавшие самые основы социальной жизни.

    В силу этого обсуждение вопросов драматургии у писателей и критиков неизбежно перерастало в рассмотрение коренных проблем социального развития страны. Теория драмы в России XIX века формировалась как теория реалистической и социальной драмы. Вопросы искусства как такового, проблемы формы, специфики драмы — все это, включая и частные вопросы поэтики, органически связано в суждениях русских авторов с общественно-нравственными проблемами. Как увидит читатель, общественная сторона не подавляла художественную.

    Необходимо подчеркнуть, однако, что, как и предыдущая работа по истории драматических учений на Западе до XVIII века, данная книга — не история русской драмы XIX века, а история взглядов на драму, в первую очередь отечественную.

    Между историей драматического искусства и теоретическим осмыслением драмы полного соответствия нет. Так, например, не приходится говорить о том, какое важное значение имели в истории русской драмы Лермонтов и Сухово-Кобылин. Между тем читатель не найдет здесь глав, посвященных их взглядам на драму. Объясняется это тем простым обстоятельством, что они не оставили сколько-нибудь существенных высказываний о драме. Конечно, можно было бы привести сведения об их вкусах и предпочтениях в отношении тех или иных шедевров драмы, но это не дало бы нам представлений об их теоретических воззрениях.

    Читателю предоставляются прямые высказывания драматургов и критиков, выражающие их взгляды. Я систематизировал и анализировал эти высказывания под определенным углом зрения,
    7

    стремясь четко и выпукло представить все, что имеет принципиальное значение для теории драмы. Конкретные разборы драм, производимые писателями и критиками, интересовали меня тоже только в плане общетеоретическом. Поэтому, хотя в книге много внимания посвящено «Горю от ума», «Ревизору», «Грозе», «Власти тьмы», пьесам Чехова, сам я эти шедевры не анализирую, останавливаясь лишь на вопросах, имеющих значения для формирования основ реализма в драме.

    Вместе с тем большое внимание обращено на общую оценку творчества крупнейших драматургов их современниками. Она тоже имела принципиальное значение. Но я не останавливаюсь на том, какова была судьба того или иного писателя в последующей критике. Исключение сделано для Пушкина, чья драматургия получила глубокое освещение у Белинского уже после смерти поэта, и для Грибоедова, так как споры о «Горе от ума» продолжались и полвека спустя после создания комедии.

    Признаться, было трудно провести грань между теорией драмы в точном смысле слова и драматической критикой вообще. Понимание драмы формировалось в текущей критике, и это получило отражение в том месте, какое она заняла в моей книге, сочетающей теорию драмы с историей русской драматической критики.

    Были трудности и в расположении материала. В основном я придерживался хронологического принципа. Но он не везде выдержан. Так, хронология требовала бы отнесения высказываний Н. Надеждина и особенно П. Вяземского во вторую часть, посвящённую критике 1836—1855 годов, в книге же они поставлены в конце первой части как критики, в сущности принадлежащие эпохе до Белинского. Работы некоторых критиков я соединил в отдельные главы, что же касается других, то я разбил их высказывания по отдельным темам. Так, хотя о П. Вяземском есть отдельная глава, его оценка «Ревизора» включена в главу о спорах по поводу этой комедии. А. Скабичевский и П. Боборыкин много высказывались о драме, но их статьи рассматриваются в разных разделах, поэтому «портрет» этих критиков в книге не дан. Для того, чтобы получить полное представление о том, как освещена мной деятельность ряда критиков, читателю придется прибегнуть к оглавлению.

    Мне много помогли в работе критические замечания и советы моих товарищей по Институту истории искусств, участвовавших в обсуждении отдельных глав. Я обязан также рецензентам рукописи А.Г. Дементьеву и Е.Г. Холодову. Всем им приношу мою искреннюю благодарность.

    ЧАСТЬ I. ЭПОХА ГРИБОЕДОВА И ПУШКИНА 1800—1835


    ДРАМА ПЕРВОЙ ТРЕТИ XIX ВЕКА

    В 1804 году В. А. Озеров поставил трагедию «Эдип в Афинах», а в 1825 году Пушкин закончил «Бориса Годунова». В 1806 году И. А. Крылов поставил свою «Модную лавку», а в 1823 году Грибоедов создал «Горе от ума». Сопоставляя эти даты, легко убедиться в том, какой поразительный скачок делает русская драма на протяжении первой четверти XIX века. В первые годы столетия еще в полном цвете традиции просветительской драмы, соблюдаются правила классицизма, хотя одновременно в старую форму подчас проникают сентиментальные мотивы. В преддверии восстания декабристов, на волне прогрессивного движения дворянской интеллигенции возникает драматургия, новая по всему своему складу, драматургия, в подлинном смысле слова открывающая путь в XIX век. Не только напыщенный Озеров, но и насмешливый Крылов как художники принадлежат прошлому; Пушкин и Грибоедов — создатели произведений, сохранивших художественную силу не только для своего столетия, но и для нашего.

    Стремительное развитие драмы происходило в атмосфере революционного брожения в передовых кругах общества, в обстановке перелома, совершавшегося в духовной культуре и искусстве. Начало века отмечено в русской литературе скрещением самых разнородных художественных течений. Классицистская по форме драма впитывает сентиментальный дух, сентиментальная поэзия осваивает романтические мотивы, просветительство перерастает в революционный романтизм, сентиментализм дает реалистические плоды. Историку литературы и драмы нетрудно запутаться в этом смешении художественных идей и тенденций. Возникло оно потому, что по меньшей мере второй раз русская художественная мысль, питаясь, с одной стороны, национальными традициями, вместе с тем спешила освоить все новое, что возникло на Западе, и отобрать из него элементы, пригодные для развития самобытного русского искусства.

    Сентиментализму, точнее Руссо и Гердеру, европейская художественная мысль обязана идеей народности и самобытности. Романтизм укрепил эти тенденции. Русские писатели и мыслители с этого времени все более задумываются над тем, что стране нужна культура, не уступающая по широте и глубине западной, но отвечающая духу и потребностям своего народа, патриотический подъем которого в 1812 году показал, какие огромные силы таятся в народной массе.

    Сентиментализм и романтизм помогают взрывать во многом искусственные художественные формы классицизма, цивилизующая роль которого в России была недолгой и к началу XIX века
    10

    уже исчерпалась. Ломка художественных форм сопровождается идейным обогащением литературы, жадно впитывавшей социально-политический опыт эпохи буржуазной революции во Франции, потрясшей основы феодализма не только на западе, но давшей толчок освободительным стремлениям и на востоке Европы.

    Продолжая традиции «слезной комедии» XVIII века, развивалась сентиментальная драматургия начала XIX столетия. Ее крупнейшим представителем был Н. И. Ильин (1777 — 1823), прославившийся в свое время пьесами «Лиза, или Торжество благодарности» (1802) и «Великодушие, или Рекрутский набор» (1803).

    Возрождение классицизма в русской трагедии начала XIX века возглавил В. А. Озеров (1769 — 1816). Его трагедии «Эдип в Афинах» (1804), «Фингал» (1805), «Дмитрий Донской» (1807) воспринимались современниками как явления высокого искусства. Озеров, однако, не был «чистым» классицистом. Его пьесы приближались по духу к сентиментальной драматургии.

    Традиции просветительского реализма и сатиры продолжает И. А. Крылов (1768 — 1844) в «шуто-трагедии» «Подщипа» («Трумф») (1800), комедиях «Модная лавка» (1806) и «Урок дочкам» (1807). Множество комедий нравов создал известный театральный деятель А. А. Шаховской (1777 — 1846). Особенно большой успех имели его «Урок кокеткам, или Липецкие воды» (1815) и «Пустодумы» (1819). Шаховской осмеял сентиментализм в комедии «Новый Стерн» (1805) и своих противников из «Арзамаса» в «Аристофане, или Представлении комедии «Всадники»» (1826). В жанре комедии нравов подвизался и М. Н. Загоскин (1789 — 1852), из пьес которого прославились «Господин Богатонов, или Провинциал в столице» (1817), «Богатонов в деревне, или Сюрприз самому себе» (1821), «Благородный театр» (1828). Веселые развлекательные комедии создавал Н. И. Хмельницкий (1789 — 1845), часто на сюжеты, заимствованные из французской литературы. Его «Говорун» (1817), «Воздушные замки» (1818), «Нерешительный, или Семь пятниц на неделе» (1820) и другие были комедиями интриги. В комедийном жанре выступали также А. А. Жандр и С. Н. Бегичев, близкие друзья Грибоедова. Отрицательное отношение к сентиментальной драме объединило драматурга старшего поколения А. А. Шаховского с молодыми Н. И. Хмельницким и А. С. Грибоедовым для создания комедии «Своя семья, или Замужняя невеста» (1817). Антисентиментализм привел также к сотрудничеству Грибоедова и П. А. Катенина (1792 — 1853), написавших комедию «Студент» (1817).

    Развитие жанра трагедии идет по двум направлениям. С. Н. Глинка в исторических драмах «Михаил, князь Черниговский» (1808) и «Минин» (1809) занимает явно охранительные консервативные позиции. Этому же драматургу принадлежит инсценировка повести Карамзина «Наталья, боярская дочь», пользовавшаяся большим успехом. А. Шаховской в своих трагедиях
    11

    («Дебора, или Торжество веры», 1810, и др.) также стоит на позициях, вполне приемлемых для правящих верхов. Он ищет сюжетов сенсационных в драматическом отношении, но нисколько не выходящих за пределы дозволенного. Ему, между прочим, принадлежит также инициатива создания первой русской мелодрамы «Двумужница, или За чем пойдешь, то и найдешь» (1832).

    Второе направление в развитии трагедии характеризуется прогрессивными и радикальными общественными тенденциями. «Среди произведений, позволяющих ясно увидеть начало формирования трагедии нового типа с характерным для нее высоким накалом вольнолюбивых патриотических чувств, обращением к национальной истории, тяготением к романтически усложненной трактовке личности, большой интерес представляет трагедия Ф. Ф. Иванова «Марфа Посадница, или Покорение Новгорода» (1809)»1, Освободительный дух преддекабристского времени получил выражение также в трагедии Л. Н. Новаховича «Сульёты, или Спартанцы осьмнадцатого века» (1809). Но вершиной этой линии русской драмы была трагедия В. К. Кюхельбекера «Аргивяне» (1824). Правда, нельзя не отметить, что тираноборческие идеи сочетались в этом произведении с архаическими элементами драмы. Кюхельбекер, как, впрочем, и Ф. Иванов, вводит в свои пьесы хоры. Выражая демократические тенденции авторов, эти хоры явно принадлежат к уже отжившим формам трагедии. Это не шекспировские плебеи и не живая народная толпа Пушкина. Так или иначе, в русской драме возникла трагедия нового типа. О создании трагедии помышлял К. Ф. Рылеев, много работал над замыслом трагического произведения А. С. Грибоедов, но исторические условия были неблагоприятны для развития гражданской трагедии. Рылеев погиб на виселице, а оставшиеся в живых декабристы должны были осмыслить новую ситуацию, возникшую после их разгрома, и ничего нового в этом направлении они создать не смогли.

    Преддекабрьский период завершается великой комедией Грибоедова «Горе от ума», поднявшейся на невиданный до тех пор в русской комедии художественный и общественный уровень. Последекабрьский период начинается великой трагедией Пушкина «Борис Годунов», сказавшей совершенно новое слово в русской драме. Поднявшись над борьбой современных ему литературных течений, из которых одно продолжало традиции классицизма, а другое стремилось утвердить романтизм, Пушкин открыл русской драме новый путь — к реализму.
    1
      1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   69
    написать администратору сайта