Главная страница
Навигация по странице:

  • 1. ПОДХОДЫ И РЕШЕНИЯ ВОПРОСОВ О СМЫСЛЕ ЖИЗНИ

  • 1. Смысл жизни первоначально присуще жизни в ее глубинных основаниях

  • 2. Смысл жизни созидается самим субъектом

  • Такова логика жизни и её мировоззренческого осмысления!

  • Обессмысливание жизни в философии А. Шопенгауэра

  • Клинико-диагностическое значение.

  • Физиологическое

  • навруз. 1. подходы и решения вопросов о смысле жизни


    Название1. подходы и решения вопросов о смысле жизни
    Дата28.05.2018
    Размер55 Kb.
    Формат файлаdocx
    Имя файланавруз.docx.docx
    ТипЗадача
    #45148

    Человек единственное существо, которое осознает свою смертность и может делать ее предметом обсуждения. Призвание, назначение, задача всякого человека всесторонне развивать все свои способности, внести свой личный вклад в историю, в прогресс общества, его культуры смысл жизни общества. Смысл жизни заключен в самой жизни, в ее вечном движении как становлении самого человека Смерть страшна для тех, кто не видит, как бессмысленна и погибельна его личная одинокая жизнь, и кто думает, что он не умрет. Человек умер, но его отношение к миру продолжает действовать на людей, даже не так как при жизни.

    Смысл жизни – это осознаваемая ценность, которой человек подчиняет свою жизнь, ради чего ставит и осуществляет жизненные цели. Вопрос о смысли жизни это вопрос о смысли смерти человека и о его бессмертии. Если человек не оставил после своей жизни тени, значит его жизнь по отношению к вечности была лишь призрачной. Понять смысл жизни определить свое место в вечном потоке изменений.

    Вопрос о смысле жизни, так или иначе, встает перед каждым человеком — если он хоть сколько-нибудь сложился как человек. Обычно подобные вопросы приходят в ранней юности, когда вновь созданный человек должен занять свое место в жизни — и стремится найти его. Но бывает, что о смысле жизни приходится думать и в старости, и в предсмертном состоянии. Не всегда легко это столкновение единичного человека с самим собой как частицей громадного, бесконечного мира. Страшно ощутить бесконечность в самом себе — и страшно не заметить ее. В первом случае — это невероятная тяжесть ответственности, слишком ликующая гордость, от которой может порваться душа; противоположность — чувство собственной нелогичности, безысходности существования, отвращение к миру и к себе. Однако размышление о смысле жизни необходимо любому человеку, без него нет полноценных людей.

    1. ПОДХОДЫ И РЕШЕНИЯ ВОПРОСОВ О СМЫСЛЕ ЖИЗНИ

    Вопрос о смысле жизни – это вопрос о том, стоит ли жить? А если все - таки стоит, то для чего жить? Издавна люди задавались этим вопросом, пытаясь найти логику своей жизни.

    Существует два ответа к решению этого вопроса:

    1. Смысл жизни первоначально присуще жизни в ее глубинных основаниях, для этого подхода наиболее характерно религиозное толкование жизни. Единственное, что делает усмыслимой жизнь и потому имеет для человека абсолютный смысл, есть ни что иное, как действенное соучастие в богочеловеческой жизни.

    2. Смысл жизни созидается самим субъектом– в соответствии с этим утверждением можно понимать, что мы сами сознательно продвигаемся к поставленной перед нами целью, любыми способами бытия. Придаем смысл жизни и тем самым выбираем и создаем человеческую сущность, только мы и не кто другой.

    Осознание смысла жизни, как главной ценности, носит исторический характер.

    Каждая эпоха в той или иной степени оказывала влияние на смысложизненное определение человека.

    Жизнь осмысленна — когда ты для чего-то нужен и понимаешь, для чего. Даже в полуживотном состоянии, в паутине повседневных забот и в болоте узкомещанских интересов — человек не перестает быть всеобщим, принадлежа не только себе, своей семье, своему классу, — но и человечеству в целом, и миру во всей его полноте. Конечно, отдельный человек, индивид — не может быть и человеком вообще, это разные уровни. Но человек вообще представлен в каждом отдельном человеке, поскольку всеобщее может существовать лишь как общность своих представителей. В каждом из них раскрывается своя сторона всеобщего — и любая его сторона необходимо должна быть кем-то представлена, обязана воплотиться и пройти свой путь как вещь, или живое существо.

    Когда человек живет осмысленно — ему не становится легче жить, скорее даже наоборот. Но человек, знающий свое назначение, свою судьбу, — это всегда сила. Он может сомневаться и страдать, может ошибаться и отступаться от себя — это ничего не изменит. Смысл его жизни будет руководить им и заставит свершить то, что требуется, — хотя бы и вопреки воле самого человека, его желаниям и интересам, насколько он отдает себе отчет в них.

    Существуют различные подходы к решению смысложизненной проблемы, из которых можно выделить следующие:

    В рамках первого подхода существует религиозная версия. Смысл жизни человека был задан Богом уже в момент создания человека. Создав человека по своему образу, наделил его при этом свободой воли. И смысл жизни человека состоит в достижении им заданного подобия с Богом. Смысл человеческой жизни в – сохранении и очищении своей бессмертной души.

    Философия рассматривает нравственный смысл человеческой жизни в процессе совершенствования ее духовных оснований и ее социальной сущности на началах добра.

    Смысл содержится в самой жизни, но, в отличии от религиозной точки зрения, здесь утверждается, что смысл жизни человека находит в ней сам. Смысл жизни состоит из ситуативных, конкретных смыслов, которые индивидуальны, как индивидуальна сама жизнь. На основе ситуативного смысла человек намечает и решает ситуативные задачи каждого дня или даже часа.

    Второй подход выносит смысл жизни за пределы конкретной жизни человека, происходит экстраполяция смысла существования человека на прогресс человечества, на благо и счастье грядущих поколений, во имя светлых идеалов и справедливости.

    Все вышеперечисленное является высшим смыслом и самоцелью, тогда как каждое человеческое поколение и каждый ныне живущий выступает как средство для достижения этой цели. Многие люди живут во имя собственного будущего.

    С точки зрения сторонников третьего подхода, жизнь сама по себе не имеет никакого смысла, а человек сам привносит его в свою жизнь. Человек как существо сознательное и волевое своими способами созидает этот смысл. Но воля, игнорирующая объективные условия человеческого бытия, навязывающая свой смысл, переходит в волюнтаризм, субъективизм и может повлечь за собой крушение смыслов, экзистенциальную пустоту и даже гибель.

    Из уст современного молодого человека можно услышать, что смысл его жизни состоит в удовольствиях, радости, счастье. Но удовольствие является лишь следствием наших стремлений, а не его целью. Если бы люди руководствовались только принципом удовольствия, то это привело бы к полному обесцениванию нравственных действий, поскольку действия двух человек, один из которых потратил деньги на чревоугодие, а другой на благотворительность, были бы равноценными, так как следствием того и другого является удовольствие.

    Что касается радости как смысла жизни, то радость сама должна иметь смысл. Даже ребенок с его очень подвижной нервной системой направляет свою радость вовне, на предмет или действие, ее вызывающие. Радость, следовательно, так же не самоцель, а следствие достигнутой цели. Смысл жизни открывается человеку только тогда, когда этого требует объективная необходимость, когда человечество в целом достаточно созрело для принятия, для освоения именно этой стороны своего существования. Иными словами, смысл жизни отдельного человека осознается тогда, когда эта жизнь становится действительно всеобщей, когда действия и поступки человека — это не индивидуальные его особенности, а нечто присущее многим людям, хотя бы и в разной степени, и не все вместе

    Но все – таки попытки найти смысл жизни человека преобладали в истории человеческой мысли:

    • Смысл жизни в ее эстетической стороне, в достижение того, что в ней величаво, красиво и сильно, в достижении сверхчеловеческого величия;

    • Смысл жизни в любви, в стремлении к благу того, что вне человека, в стремлении к согласию и единству людей;

    • Смысл жизни в достижении некого идеала человека;

    • Смысл жизни в максимальном содействии решению задач общественного развития и всестороннего развития личности

    Осуществленный смысл жизни, имеющий ценность не только для живущего, но и для общества, избавляет человека от страха смерти, помогает встретить ее спокойно, с достоинством и чувством исполненного долга.

    2. ПОИСК СМЫСЛА ЖИЗНИ

    Жизнь каждого человека драматическая как бы удачно не складывалась жизнь, как бы она не была длительна, конец неизбежен. Все наши жизненные дела должны соизмеряться с вечным, человек обречен на размышление о смерти и в этом его отличие от животного, которое смертно, но не знает об этом, правда животные чувствуют приближение смерти, особенно домашние.

    Духовные ценности – своеобразный духовный капитал человечества, накопленный за тысячелетие, который не только обесценивается, но как правило возрастает.

    Как и почему философия может помочь в поисках смысла жизни? Дело в том, что единство различных сторон или этапов жизни достигается лишь в том случае, когда они подчинены чему-то еще, что не меняется именно сейчас (хотя, вообще говоря, в дальнейшем может подвергнуться. Непосредственно философия не может дать ответ на любую жизненную проблему, указать выход из любой ситуации. Но она способна подготовить человека к выбору пути, дать ему средства для решения задачи — и уверенности в возможности такого решения. Краеугольный камень философского материализма — принцип материального единства мира — это прямое указание на то, что преемственность и устойчивость в любых вещах или делах — такие же необходимые стороны, как их изменение и развитие. Если что-то есть — то оно должно быть. И если есть я, то я обязательно буду нужен — себе, другим людям, миру в целом. Незачем сомневаться в собственной необходимости — нужно лишь осознать ее, открыть ее для себя.

    Философия дает человеку направление поиска смысла жизни. Ведь если ему ясно, зачем существует человечество вообще, зачем есть общество в том виде, в котором он его видит вокруг, зачем в обществе та или иная группа людей — человеку гораздо легче определиться, через свое отношение к другим понять, зачем он сам.
    Смысл жизни, смысл бытия — философская и духовная проблема, имеющая отношение к определению конечной цели существования, предназначения человечества, человека как биологического вида, одно из основных мировоззренческих понятий, имеющее огромное значение для становления духовно-нравственного облика личности. 

    Вопрос о смысле жизни также может пониматься как субъективная оценка прожитой жизни и соответствия достигнутых результатов первоначальным намерениям, как понимание человеком содержания и направленности своей жизни, своего места в мире, как проблема воздействия человека на окружающую действительность и постановки человеком целей, выходящих за рамки его жизни. 

    В этом случае подразумевается необходимость найти ответ на вопросы:

    «В чём состоят жизненные ценности?», 
    «Что является целью (чьей-то) жизни?» (либо наиболее общей целью жизни человека как такового, человека вообще), 
    «Зачем (Для чего) мне жить?». 

    Само понятие смысл жизни появилось в 19 веке, до этого было понятие высшего блага. Вопрос о смысле жизни — одна из традиционных проблем философии, теологии и художественной литературы, где она рассматривается преимущественно с точки зрения определения, в чём состоит наиболее достойный человека смысл жизни. 

    Представления о смысле жизни складываются в процессе деятельности людей и зависят от их социального положения, содержания решаемых проблем, образа жизни, миропонимания, конкретной исторической ситуации. В благоприятных условиях человек может видеть смысл своей жизни в достижении счастья и благополучия; во враждебной среде существования, жизнь может утратить для него свою ценность и смысл. 

    Философское видение проблемы:

    Понятие смысла жизни наличествует в любой развитой мировоззренческой системе, оправдывая и истолковывая свойственные этой системе моральные нормы и ценности, демонстрируя цели, оправдывающие предписываемую ими деятельность. Социальное положение индивидов, групп, классов, их потребности и интересы, стремления и ожидания, принципы и нормы поведения определяют содержание массовых представлений о смысле жизни, которые при каждом общественном строе имеют специфический характер, хотя и обнаруживают известные моменты повторяемости. 

    Древнегреческий философ Аристотель, например, полагал, что целью всех человеческих поступков является счастье, которое состоит в осуществлении сущности человека. Для человека, сущность которого — душа, счастье состоит в мышлении и познании. 

    Эпикур и его последователи провозглашали целью человеческой жизни получение удовольствия (гедонизм), понимаемого не только как чувственное наслаждение, но и как избавление от физической боли, душевного беспокойства, страданий, страха смерти. Киники (Антисфен, Диоген Синопский) — представители одной из сократических школ греческой философии — считали конечной целью устремлений человека добродетель (счастье). По их учению, добродетель состоит в умении довольствоваться малым и избегать зла. Это умение делает человека независимым. Человек должен стать независимым от внешнего мира, который непостоянен и неподвластен ему, и стремиться к внутреннему покою. В то же время, независимость человека, к которой призывали киники, означала крайний индивидуализм, отрицание культуры, искусства, семьи, государства, имущества, науки и общественных установлений. 

    Согласно учению стоиков, целью человеческих устремлений должна быть нравственность, невозможная без истинного познания. Душа человека бессмертна, а добродетель состоит в жизни человека в согласии с природой и мировым разумом (логосом). Жизненный идеал стоиков — невозмутимость и спокойствие по отношению к внешним и внутренним раздражающим факторам. 

    До эпохи возрождения смысл жизни гарантировался человеку извне, с Возраждения человек сам определяет смысл своего существования. 

    Немецкий философ XIX века Артур Шопенгауэр определил жизнь человека как проявление некой мировой воли: людям кажется, что они поступают по собственному желанию, но на самом деле ими движет чужая воля. Будучи бессознательной, мировая воля абсолютно безразлична к своим творениям — людям, которые брошены ею на произвол случайно складывающихся обстоятельств. 
     
    Согласно Шопенгауэру, жизнь — это ад, в котором глупец гонится за наслаждениями и приходит к разочарованию, а мудрец, наоборот, старается избегать бед через самоограничение — мудро живущий человек осознаёт неизбежность бедствий, а потому обуздывает свои страсти и ставит предел своим желаниям. 

    Проблеме выбора смысла жизни, в частности, посвящены работы философов-экзистенциалистов XX века — Альбера Камю («Миф о Сизифе»), Жан-Поль Сартра («Тошнота»), Мартина Хайдеггера («Разговор на проселочной дороге»), Карла Ясперса («Смысл и назначение истории»). 

    Предтеча экзистенциализма, датский философ XIX века Сёрен Обю Киркегор утверждал, что жизнь полна абсурда и человек должен создавать свои собственные ценности в равнодушном мире. 

    Согласно философу Мартину Хайдеггеру, люди были «вброшены» в существование. Экзистенциалисты рассматривают состояние «вброшенности» в существование (existence) до и в контексте любых других концепций или идей, которыми люди обладают, или определений самих себя, которые они создают. 

    Как сказал Жан-Поль Сартр, «существование приходит до сущности», «человек прежде всего существует, наталкивается на себя, чувствует себя в мире, а затем определяет себя. Нет никакой человеческой природы, поскольку нет никакого Бога, чтобы иметь её замысел» — следовательно, нет никакой предопределённой человеческой природы или первичной оценки кроме той, что человек привносит в мир; люди могут быть оценены или определены по их действиям и выборам — «жизнь до того, как мы её проживём, — ничто, но это от вас зависит придать ей смысл». 

    Говоря о смысле человеческой жизни и смерти, Сартр писал: «Если мы должны умереть, то наша жизнь не имеет смысла, ибо её проблемы остаются нерешёнными и остаётся неопределённым само значение проблем… Всё сущее рождено без причины, продолжается в слабости и умирает случайно… Абсурдно, что мы родились, абсурдно, что умрём». 

    Фридрих Ницше характеризовал нигилизм как опорожнение мира и особенно человеческого существования от смысла, цели, постижимой истины или существенной ценности. Термин «нигилизм» происходит от лат. «nihil», что означает «ничего». Ницше описывал христианство как нигилистическую религию, поскольку она удаляет смысл из земной жизни, концентрируясь взамен на предполагаемой потусторонней жизни. Он также видел нигилизм как естественный результат идеи «смерти Бога» и настойчиво утверждал, что эта идея была тем, что должно быть преодолено, возвращая смысл на Землю. Ф.Ницше также считал, что смыслом жизни является подготовка Земли к появлению сверхчеловека: «Человек — это канат, натянутый между обезьяной и сверхчеловеком», — что имеет определенные общие черты с мнением трансгуманистов о постчеловеке, человеке будущего. 

    Мартин Хайдеггер описывал нигилизм как состояние в котором «…нет никакого бытия как такового…», и утверждал, что нигилизм покоился на превращении бытия в простое значение. 

    Что касается смысла жизни, Людвиг Витгенштейн и другие логические позитивисты скажут: выраженный через язык, вопрос бессмысленен. Потому что «смысл X» это элементарное выражение (term), которое «в» жизни обозначает что-то относительно последствий X, или важности X, или что-то, что должно быть сообщено об X. и т. д.. Поэтому когда «жизнь» используется как «X» в выражении «смысл X», утверждение становится рекурсивным и, следовательно, бессмысленным. 

    Другими словами, вещи в личной жизни могут иметь смысл (важность), но сама жизнь не имеет никакого смысла отличного от этих вещей. В этом контексте говорится, что чья-то персональная жизнь имеет смысл (важна для самой себя или других) в форме событий, случающихся на протяжении всей этой жизни, и результатов этой жизни в терминах достижений, наследства, семьи и т. д. Но говорить, что сама жизнь имеет смысл — это неправильно употреблять язык, так как любое замечание о важности или значении уместно только «в» жизни (для тех кто живёт её), делает утверждение ошибочным. 

    Трансгуманизм выдвигает гипотезу, что человек должен искать улучшения человеческой расы как целого. Но он идёт дальше гуманизма, подчёркивая, что человек также должен активно совершенствовать тело, используя технологии, для того чтобы преодолеть все биологические ограничения (смертность, физические недостатки и пр.). Первоначально это означало, что человек должен стать киборгом, но с появлением биоинженерии открываются другие варианты развития. Таким образом, основная цель трансгуманизма — это развитие человека в так называемого «постчеловека», наследника человека разумного. 

    Смысл жизни
    Если человек не утратил ещё веры в высокое предназначение человеческого рода, то проблему смысла жизни, навещающую его в трудные времена, он склонен формулировать позитивным вопросом: «Зачем я живу?». Внутренняя структура этого способа постановки вопроса имеет целеустремлённую позицию и предполагает цель, которая находится за пределами «микромира» индивидуальной жизни человека, спрашивающего о её смысле. подобная постановка вопроса изначально ориентирует человека на поиск какой-то высшей цели – идеала, абсолюта, - найдя которую он смог бы ответить на волнующий вопрос.

    Человек – это целеполагающее и осознающее свои цели существо, и только в соотношении с высшей, конечной целью, к которой сознательно устремлена его собственная жизнь, он может вразумительно ответить на вопрос о её смысле.

    И, наоборот, человек, неспособный в принципе поверить в возможность существования чего-то более высокого или просто – более важного, главного и основного (разумного, светлого, вечного), более существенного чем его собственная, беззаветно любимая самим собою персона, а потому лишённый стремления к высоким целям человеческого существования и убеждённый в полнейшей «ложности», «иллюзорности», «эпифеноменальности» духовно-нравственных абсолютов, чаще всего склонен ставить вопрос о смысле жизни совсем иначе. Бездуховный и безнравственный человек, эгоистичный по своей природе, предпочитает спрашивать: «Почему я живу?», вместо; «Зачем я живу?». Внутренняя структура этого способа постановки вопроса, сразу же разводит по разным полюсам «меня», «Я» и «моя жизнь». Такая структура ориентирует эгоиста на освобождение от своего «Я», а вместе с тем и от человеческого сознания вообще, - операция, с помощью которой бездуховный и бездушный человек освобождается от всякой ответственности за свою собственную жизнь, поскольку она оказывается его как бы только «номинально».

    В этом и заключается двусмысленность вопроса, заданного в форме «почему», «Я», исключающий собственный ответ, на который должен ответить кто-то «другой», например, Господь Бог. Вопрос заданный в виде: «Зачем я живу?» подразумевает собственный поиск и ответ самому себе, своему «Я».

    Внутренняя структура вопроса: «Почему я живу?» предполагает «жизнь» вне и независимо от меня самого, то «Я». Поскольку, постольку ы содержании этого вопроса мы имеем дело лишь с двумя элементами – «Я» и «живу» - то «Я» имеется в нашем сознании и самосознании, а «живу» является уже и не моей как бы частью сознания и самосознания, так уже «осмыслено», рационализировано, рафинировано, пережевано и как бы отделено…

    В рамках вопроса: «Почему я живу?» проблема смысла жизни сразу же перемещается из плоскости человеческой свободы и ответственности в нечеловеческую плоскость; в сферу фатальной необходимости и соответственно абсолютной безответственности.
    Яндекс.ДиректШумомеры, виброметры, анализаторыУзнать большеoctava.infoСкрыть рекламу:Не интересуюсь этой темойТовар куплен или услуга найденаНарушает закон или спамМешает просмотру контента
    От устремлённого вперёд и ввысь одухотворяющего, духоподнимающего вопроса о сознательно избираемых и произвольно утверждаемых целях человеческого существования, эгоист поворачивает вспять – к вопросу о том, что толкает его «в спину» или ниже спины, и совершенно уходит от вопроса о том, что «тянет его вперёд» и он вообще не может признать ничего высшего и духовного, чтобы достойно уважать в себе. Он напрочь не категоризирует общепринятого и понятного даже школьнику закона отталкивания и притяжения; нас притягивает всё то, что нам полезно и отталкивает всё то, что вредно!

    Такова логика жизни и её мировоззренческого осмысления! Эгоист не желает свободно отдать себя во власть чего-то более высокого, чем он сам, взятый в его неизбежной конечности, односторонности, буквальности, конкретности, частности, и, волей-неволей оказывается вынужден покориться чему-то низшему, материальному вещизму, примитивному ублажению тела. Всё дальше уходя от высших абсолютов. Практически у эгоиста снимается вопрос о смысле жизни.

    Эгоист постулирует, что человек всегда «желает» жить, быть, безразлично как. Жить как можно дольше и больше ничего, - всё равно, при каком строе, лишь бы ему было хорошо, даже если всем вокруг, плохо…

    Желание жить сильнее человека, и сам он – простой исполнитель этого всемогущего желания, а то, с каким осознанием он это делает, в каких словах произносит его, не столь уж и существенно.

    Обессмысливание жизни в философии А. Шопенгауэра

    Когда у эгоиста устраняется проблема СМЫСЛА ЖИЗНИ, то «святое место, пусто не бывает», неизбежно возникают другие вопросы, например вопрос о СМЫСЛЕ И ЗНАЧЕНИИ СМЕРТИ. Он и выступает на передний план, вне зависимости от того, хотели этого тие, кто устранял проблему СМЫСЛА ЖИЗНИ, или не хотели.

    Этот вопрос и стал главным и центральным вопросом философии А. Шопенгауэра, после того как он доказал( в рамках своей собственной философии), что жизнь индивида, да и жизнь всего человеческого рода, не имеет ровно никакого смысла, так как представляет собой лишь «явление.» для нас в рамках неизбежно индивидуального сознания, тёмной и совершенно бессмысленной ВОЛИ, желающей только одного – желать (есть, пить, секс, деньги, вещи, машины, яхты, пистолет и т.д.) то есть желающий только самого себя и для самого себя. Ведь «явление» (т.е. метафизическая иллюзия) абсолютно бессмысленное ВОЛИ – это, по мнению А. Шопенгауэра, бессмыслица, возведенная в квадрат.

    Перед лицом подобной абсурдности, помноженной на саму себя, она-то и было одним из важнейших постулатов и в то же время выводов шопенгауэровской системы, порождающей один единственный вопрос: как же всё-таки освободиться от этой бессмыслицы, абсолютной в своей беспросветности?

    А поскольку абсолютная беспросветность и есть «жизнь», в её шопенгауэровском толковании, постольку вопрос должен быть уточнён: как избавиться от этой самой «жизни», учитывая, что за узкими и тесными стенами этой абсурдной темницы (индивидуальная жизни) располагается совершенно необозримое пространство ничем не ограниченного абсурда? Как убежать из абсурдной темницы, т.е. индивидуальной жизни, чтобы не попасть и не погрузиться в пучину ВОЛИ?

    Иначе говоря, вопросом вопросов становится и остаётся: как умереть по-настоящему, подлинно, воистину – и для своей собственной вдвойне бессмысленной жизни, и для универсальной ВОЛИ к жизни, одно бессмысленней и кошмарнее другого?

    Хотел ли того сам А. Шопенгауэр или не хотел, но, фактически, главным, действенным результатом, увенчавшим его философскую систему оказалась специфическая формулировка проблемы СМЕРТИ.

    Шопенгауэром была сформулирована проблема ИСТИННОЙ СМЕРТИ, ПОДЛИННОСТИ НЕБЫТИЯ понятного как небытие вечно живущей ВОЛИ.

    Проблема истинности СМЕРТИ, в западной культуре сменило проблему и вопрос об истинности ЖИЗНИ. Так был открыт заново – для нового сознания, буржуазного сознания Х!Х века, а в особенности ХХ века пустынный и чахлый «ОСТРОВ СМЕРТИ».

    Это «открытие» оказало влияние на КУЛЬТУРУ капиталистического Запада - независимо от того, чего хотел философ сказать, излагая свои идеи ясным и прозрачным языком не лишенным изящества. А. Шопенгауэр принадлежал к первому поколению «аутсайдеров» буржуазной цивилизации, его основной труд «Мир как воля и представление» не сразу встретил понимание и признание. Лишь через три десятилетия, загнивающая капиталистическая культура развлечения и шоу-бизнеса, открыла для себя шопенгауэровскую идею, так хорошо описывающую и объясняющую уход от смысла жизни и приход к смыслу смерти шопенгауэровская философия произвела в своё время огромное впечатление на самых вдумчивых и образованных писателей того времени, например, на русского писателя Льва Николаевича Толстого.

    Л. Н. Толстой познакомился с произведениями Шопенгауэра как раз в наиболее кризисный период своей духовной эволюции, которой сопровождался трагическим ощущением утраты СМЫСЛА ЖИЗНИ.

    «Не нынче – завтра придут болезни, смерть любимых людей и меня, и ничего не останется, кроме смрада и червей. Дела мои, какие бы они ни были, все забудутся – раньше, позднее, да и меня не будет. Так из чего же злопотать? Как может человек не ведать этого и жить только, покуда пьян жизнью; а как протрезвишься, то нельзя не видеть, что всё это – только обман, и глупый обман». Каким образом Л. Н. Толстой преодолел этот КРИЗИС, подвергнув убедительной критике и решительно отвергнув самые глубокие предпосылки шопенгауэровской философии? Это очень интересненько….

    Толстовская исповедь

    Толстовская исповедь важна для нас как ярчайшее свидетельство того, как тот самый КРИЗИС депрессии и нигилизма, симптомом и ферментиом которого была шопенгауэровская философская конструкция, должен ПЕРЕЖИВАТЬСЯ и действительно ПЕРЕЖИВАЛСЯ – людьми, чуткими к восприятию практически жизненных «кореллятов» абстрактных и отвлечённых философем. Как видим кошмарное ощущение того, что «я держусь за ветви жизни, зная, что неминуемо ждёт меня внизу дракон смерти, готовый терзать меня, и нельзя понять, зачем я попал на это мучение» змеиный взор дракона смерти, этого многоголового чудовища обладает способностью парализовать нравственное сознание и творческую волю человека.

    Единственно что остаётся человеку, загипнотизированному неотступным кошмаром виден ия смерти – это способность к разоблачительству; выворачиванию наизнанку, к сведению к низшему и примитивному к примитивному, глумливому сбрасыванию с пьедистала всего, чему святого, чему человек когда-либо поклонялся, что он когда-либо принимал за нечто высшее и духовное.

    Речь идёт об игре в НИЧТО, заключающейся в сбрасывании в бездну НЕБЫТИЯ всех истинно человеческих нравственных абсолютов. Созерцая, как они исчезают там, эгоист, загипнотизированный «драконом смерти», испытывает нечто вроде облегчения: «Все там будем!... впрочем облегчение это временное ти иллюзорное.. вот почему эгоисты разрушают всё духовное и ценное созданное культурой человечества, за счёт разрушения они живут и делать это надо постоянно, чтобы жить.

    «Я нашёл.. – вспоминает впоследствии Лев Николаевич Толстой свои депрессивные душевные метания в кризисный период жизни, - что.. если способ – это обратить свой взор в противоположную сторону, отвернуться от смерти и посмотреть в сторону жизни и любви. Для этого я выявил четыре выхода из того ужасного положения, в котором мы все находимся:

    Первый выход есть выход неведения. Он состоит в том, чтобы не знать, не понимать, что жизнь есть зло и бессмыслица..

    Второй выход – это выход эпикурейский. Он состоит в том, чтобы, зная безнадёжность жизни, пользоваться покамест теми благами, какие есть, но, скорее, это для стоиков.

    Третий выход есть выход силы и энергии. Он состоит в том, чтобы, поняв, что жизнь есть зло и бессмыслица, уничтожить её..

    Четвёртый выход есть выход слабости. Он состоит в том, чтобы, понимая зло и бессмысленность жизни, продолжать тянуть её, зная вперёд, что ничего из неё выйти не может».

    Л. Н. Толстой искренне признаётся, что в момент КРИЗИСА, ему импонировал третий выход – «выход силы и энергии», т.е. самоубийство, однако, что-то мешало ему покончить с собой.

    Это «что-то» не было, по мнению писателя, бессмысленным желанием жить, и страхом смерти, скорее «что-то» побуждало покончить счёты с жизнью по поринципу: «Лучше ужасный конец, чем ужас без конца», как сделал герой фильма «? Жизней». Этим «что-то» было ощущение какой-то внутренней порочности, нравственной учербности.

    «Теперь я вижу, - пишет автор «Исповеди» (Л. Н. Толстой), - что если я не убил себя, то причиной тому было смутное сознание несправедливости моих мыслей на сей счёт. философия А. Шопенгауэра, а затем Соломона, Будды приведших нас к признанию бессмысленности жизни, во мне оставили неясное сомнение в истинности и сходной точки зрения моего рассуждения». После этого Л. Н. Толстой сменил точку зрения и увидел, что привело его к этому. А привело его к этому, именно та духовно-нравственная атмосфера России второй половины Х1Х века, которую вульгарная социология, замешанная на плоском «технологическом прогрессе», так спешит списать за счёт российской ЖЕРТВЕННОСТИ, т.е. «культурной отсталости», как раз и оказалась причиной того, что Лев Николаевич Толстой, заболевший модной в те годы «болезнью смерти» (русская хандра), не погиб от неё, не дал себя застрелить на дуэли, не сошёл с ума и не утратил своих творческих сил.

    Хотя, как мы можем в этом убедиться, для многих талантливых представителей культуры запада «заболевших смертью» сопровождалось трагическим исходом; вспомним хотя бы Фридриха Ницше, у которого эта болезнь была и симптомом и ферментом тяжёлого душевного недуга, закончившегося депрессией и последующим полным помрачением ума и преждевременной ранней смертью.

    В Западной Европе, где с каждым годом углубляется бурный и всеохватывающий процесс ФОРМАЛИЗАЦИИ и РАЦИОНАЛИЗАЦИИ, ОВЕЩЕСТВЛЕНИЯ всех человеческих отношений к природе, людей друг к другу, наконец, каждому к самому себе, уже почти не осталось ничего, что могло бы удерживать интеллектуала, «человека культуры», от погружения на самое дно КРИЗИСА: «заболевания смертью», которая, превращаясь в НАВЯЗЧИВУЮ ИДЕЮ выжигает в душе индивида всё, что могло бы питать его веру в осмысленность жизни, да и в его собственного существования. Стоит посмотреть фильм «Завтрак чемпионов», где тонко подмечен неумолимый процесс взаимного обособления людей друг от друга, диктуемый буржуазной идеологией - усугубляющейся «автоматизацией», «роботонизацией», «машинонизацией» общества в силу капиталистической морали наживы (ничего личного), а потому явно господствует тенденция превратить всё в бессмысленный конгломерат абсолютно чуждых друг другу «эгоистов», - не только не давал заболевшему никакой опоры в борьбе против тяжкого недуга, но, наоборот, укреплял именно болезнетворные душевно-духовные импульсы; всё то, что усиливало болезнь, превращая её в хроническую или ведя к отмиранию всех человеческих свойств души.

    Вот почему в капиталистической атмосфере западной культуры интеллектуал, заболевший «болезнью смерти», не находит в себе душевных сил, дающих возможность противостоять коварной логике этого недуга, навязывающей совершенно особое отношение ко всему окружающему, а главное – к самому этому недугу. Вот почему заболевшему ничего не остаётся делать, как перебирать, примеривая к самому себе, те самые варианты «выхода» из ситуации «бытия перед лицом смерти», которые автор «Исповеди» осознал в конце концов как ложные и заводящие в бессмысленный тупик.

    ФИБРИНОГЕН

    Фибриноген– гликопротеид, растворимый предшественник нерастворимого фибрина.

    Фибриноген синтезируется печенью в количестве 2-5 г в день, время его полувыведения из крови около 4-х дней.

    Фибриноген относится к острофазным белкам, увеличивающийся в острой фазе воспаления. Повышение уровня фибриногена в острой фазе, как правило, имеет транзиторный характер в отличие от атеросклероза, при котором наблюдается устойчивое увеличение этого показателя, трудно поддающегося корреляции лекарственными препаратами.

    Поскольку фибриногену принадлежит важная роль в системе свертывания крови, повышение его уровня при атеросклерозе принято рассматривать как один из патогенетических механизмов, обусловливающих повышенную свертываемость крови и нарушение регуляции тромбообразования,которое, в свою очередь, приводит к развитию инфаркта миокарда или инсульта.

    Определение фибриногена в плазме крови часто используют не только при диагностике нарушений гемостаза, но и при распознавании и оценке тяжести воспалительных, иммунных и опухолевых процессах.

    Клинико-диагностическое значение.

    Гиперфибириногенемия– повышение уровня фибриногена в крови.

    Является фактором повышенного риска развития артериальных тромбозов и инфарктов органов.

    Физиологическое: беременность, менструация.

    Патологическое повышение:

    Реакции острой фазы (лихорадка, инфекционные болезни, воспалительные и некротические процессы; травмы, ожоги, хирургические операции).

    Злокачественные опухоли (рак легкого)

    Острый инфаркт миокарда

    Болезни почек (острый и хронический пиелонефрит, гломерулонефрит; нефротический синдром)

    Коллагенозы

    Лучевая болезнь

    Гипофибириногенемия – снижение концентрации уровня фибриногена в крови.

    Наследственный дефицит фибриногена (а- и гипофибриногенемия)

    ДВС-синдром (синдром диссеминированного внутрисосудистого свертывания)

    Состояние после кровотечения, травмы, ожога.

    Болезни печени (острая желтая атрофия печени, цирроз)

    Отравление гепатотропными ядами.

    Заболевания, сопровождающиеся поражением костного мозга (лейкозы)

    Лекарственные препараты (фенобарбитал)

    Уменьшение содержание фибриногена плазмы до уровня ниже 1 г/л служит фактором риска появления кровотечений из сосудов внутренних органов.

    Определение содержания фибриногена весовым (гравиметрическим)методом по Рутберг Р.А.

    Принцип. Образовавшийся после свертывания плазмы крови фибрин быстро высушивается, и по весу определяют содержание фибриногена в плазме.

    Реактивы:

    1. Хлорид кальция, 5% раствор;

    2. Эмульсия тканевого тромбопластина на трис-буфере, 0,05 М (или буфере Михаэлиса), рН 7,3-7,4, для чего навеску сухого тромбопластина (50мг) тщательно растирают в 1,0 мл буфера. Постепенно объем смеси увеличивают добавлением буфера до 5,0 мл. Полученную эмульсию центрифугируют при 1500 об/мин в течение 5 мин, надосадочную жидкость отделяют и используют для анализа.. Эмульсия тромбопластина хранится при +2….+8 С в течение 3 суток.

    Активность тромбопластина может быть в пределах 11 – 20 сек.

    Материал для исследования:цитратная плазма.

    Ход определения:

    К 1,0 мл плазмы в пробирке последовательно добавляют 0,1 мл эмульсии тромбопластина (или раствор тромбина) и 0,1 мл 5% р-ра хлорида кальция. Реагенты перемешивают стеклянной палочкой. Палочку оставляют в пробирке. Смесь инкубируют в термостате с прозрачными стенками (ТПС) или на водяной бане (37 С) 10 - 20 мин, после чего образовавшийся сгусток переносят на фильтровальную бумагу и высушивают путем сжатия и перемещения сгустка по бумаге. Такое высушивание продолжают до тех пор, пока на фильтре не перестанут определяться следы влаги в проходящем свете. Сгусток фибрина взвешивают на торсионных весах.

    В норме масса сгустка фибрина составляет 9 – 18 мг.

    Расчет: для определения концентрации фибриногена, выраженной в г/л, массу фибрина в мг умножают на коэффициент0,222.

    Фибриноген в г/л = мг фибрина0,222

    Норма в плазме: 2 – 4 г/л

    rss

    • Главная страница

    • Материалы

    • Каталог статей

    • Каталог файлов


    Вход на сайт






    Поиск


    Начало формы

    Конец формы


    Календарь


    «  Май 2018  »

    Пн

    Вт

    Ср

    Чт

    Пт

    Сб

    Вс

     

    1

    2

    3

    4

    5

    6

    7

    8

    9

    10

    11

    12

    13

    14

    15

    16

    17

    18

    19

    20

    21

    22

    23

    24

    25

    26

    27

    28

    29

    30

    31













    Статистика


    Онлайн всего: 1

    Гостей: 1

    Пользователей: 0


    Друзья сайта


    • Официальный блог

    • Сообщество uCoz

    • База знаний uCoz

    Co
    написать администратору сайта